Нешатаев Александр Васильевич, аспирант, ассистент,
Екатеринбург.
Aleksandr V. Neshataev, Postgraduate student,
Ekaterinburg.
Багирова Анна Петровна, доктор экономических наук, кандидат социологических наук,
Екатеринбург.
Anna P. Bagirova, DSc (Economy), PhD (Sociology),
Ekaterinburg.
На территории России существует целый ряд депрессивных территорий, отстающих по социально-экономическим показателям от других территорий. Использование категории «депрессивная территория» преимущественно в экономических работах свидетельствует о дефиците социологических разработок управленческого аспекта, который бы учитывал социокультурные особенности населения, проживающего на таких территориях. В качестве теоретической рамки в работе используется теория общественных ценностей, согласно которой установки граждан взаимосвязаны с деятельностью органов власти. Цель исследования — выявить отличительные социокультурные характеристики населения депрессивных территорий, способные влиять на процессы управления ими. Для этого проведен анкетный опрос 600 жителей депрессивных и недепрессивных муниципальных образований со схожими характеристикам; применен квотный тип выборки с соблюдением половозрастного распределения населения. По результатам исследования выявлено, что население депрессивных территорий более привержено ценностям выживания и традиционализма. Жители этих регионов менее самостоятельны, более доверчивы в сравнении с жителями недепрессивных территорий; они испытывают потребность в принадлежности к группе, обладают закрытым социальным капиталом. Установки жителей депрессивных муниципалитетов (отсутствие долгосрочного планирования, умеренность жизни, отказ от амбиций, нахождение в зоне психологического комфорта, пассивное ожидание скорейшего улучшения качества своей жизни) в меньшей степени способствуют преодолению неблагополучия. На депрессивных территориях выше уровень поддержки населением проводимой государственной политики, фиксируется необходимость сохранения стабильности в обществе и соблюдения единоначалия в принятии решений. Результаты работы вносят вклад в теорию общественных ценностей, поскольку выявляют различия в ценностях среди муниципальных образований со схожими характеристиками и определяют потенциальное влияние ценностей населения депрессивных территорий на социально-экономическое развитие региона. Практическая значимость работы заключается в разработке предложений по использованию ценностных ориентиров населения в управлении депрессивными территориями. Перспективы дальнейших исследований мы видим в применении использованной методики в других экономических районах России.
In Russia, there are a number of depressed areas that lag behind other regions in socio-economic indicators. The use of the term “depressed territories” primarily in economic studies highlights a lack of sociological research on the management aspect that takes into account the socio-cultural characteristics of the population. This study employs the theory of public values as a theoretical
framework, positing that citizens’ attitudes are interconnected with the activities of government authorities. The aim of the research is to identify the distinctive socio-cultural characteristics of the populations in depressed territories that may influence management processes. To achieve this, a survey was conducted among 600 residents of both depressed and non-depressed municipalities with similar characteristics; a quota sampling method was applied, ensuring gender and age distribution within the population. The findings reveal that residents of depressed areas are more committed to values of survival and traditionalism. They exhibit less independence and greater trust compared to those living in non-depressed territories, demonstrating a need for group belonging and possessing closed social capital. The attitudes of residents in depressed municipalities — characterized by a lack of long-term planning, moderation in life, renunciation of ambition, a preference for psychological comfort, and passive waiting for improvements in their quality of life — are less conducive to overcoming adversity. In these areas, there is higher support for government policies among the population, alongside a recognized need for societal stability and adherence to centralized decision-making. The results contribute to the theory of public values by revealing differences in values among municipalities with similar characteristics and determining the potential influence of these values on the socio-economic development of the region. The practical significance of this work lies in developing proposals for utilizing the population’s value orientations in managing depressed territories. Future research prospects include applying the methodology used in this study to other economic regions in Russia.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.